Остывают у реки, не в отдельной комнате

Купели как бассейна нет. У задней двери стоит кадка, её наполняют из реки вёдрами до открытия. Вода в кадке к вечеру уже не ледяная, и кто хочет холод, выходит на берег. Летом берег пологий, заходят по колено. Зимой до проруби не ходят: своя лунка далеко, а чужую не занимают.

Дом на Пушкинской набережной в Кашине — Набережная выше бани. К воде спускаются не вдоль этих домов, а двором, чтобы не идти через улицу в одном полотенце.

После кадки возвращаются в предбанник тем же крыльцом. Второго входа нет, и встречный в дверях уступает тому, кто с реки: у того мокрые ступени и ему хуже стоять. Это единственное правило, которое здесь произносят вслух.

Кадку опрокидывают в конце дня на землю, не обратно в реку. Мыльная вода в Кашинку не идёт. Утром кадку споласкивают уже из реки, и этот первый ушат как раз и есть набор на день.

Зимой кадка стоит в сенях, не на улице. На улице она вмерзает в землю за одну ночь.